Когда-то, очень давно, когда моей дочери было всего четыре года, я в общем-то никудышная мать, увидела всю свою злобную никудышность со стороны.
Даже не помню, что сотворила моя маленькая дочь, и почему я начала кричать на нее, подняв свою руку.
Да.... я ударила ее, как били родители меня... но в этот самый момент, я увидела себя со стороны, и узнала в себе свою маму в те моменты, когда ее ненавидела... Потом мы долго сидели обнявшись с дочкой и плакали вместе.... она от того, что я просила прощения у нее, а я.... не знаю.... наверно плакала моя душа.... Тот день для меня был переломным в отношении к моим детям. Я сказала себе, что не повторю свою детскую историю, в жизни моих детей.
Было сложно... они росли, каждый проявляя свой характер, с которым надо было считаться. Стремилась понять их, хотелось знать о них больше... и все равно время убегало быстрее, чем хотелось, и проводить его с детьми удавалось редко. Жалею ли об этом? Да. Очень.
Я быстро поняла, что в силу выставленных мною же приоритетов, чувство материнства осталось нереализованным. И уже потом, совсем во взрослом возрасте, разбирая свои тараканы, мне удалось увидеть, как и когда были сформированы мои приоритеты. Оказалось, что в них жили и родительские ценности, и общественные устои, и мои амбиции. Цена такой моей неразборчивости - утраченное время общения и близости с детьми, нереализованные материнские чувства.
После того случая, я изменила себя... изменилась к детям.... но все равно и сейчас они вспоминают моменты несправедливости к ним, которые я даже не все могу вспомнить.
И каждый раз, мне больно слышать их такие воспоминания, и я стараюсь не показывать виду, потому что им тоже больно это вспоминать, а эта боль должна выйти наружу, что бы не жить в них. Потому что любая обида и боль ищет выход, и проще всего ей выйти на своих же детей.
И проговаривая свои обиды, и не получая какого-либо сопротивления, они освобождаются от нее и я, надеюсь, они становятся добрее к своим детям. И это тоже меня радует.
И это чистая и светлая радость, которая не сопровождается грустью.
Я знаю, как это много - не тащить за собой хвост детских обид.
Даже не помню, что сотворила моя маленькая дочь, и почему я начала кричать на нее, подняв свою руку.
Да.... я ударила ее, как били родители меня... но в этот самый момент, я увидела себя со стороны, и узнала в себе свою маму в те моменты, когда ее ненавидела... Потом мы долго сидели обнявшись с дочкой и плакали вместе.... она от того, что я просила прощения у нее, а я.... не знаю.... наверно плакала моя душа.... Тот день для меня был переломным в отношении к моим детям. Я сказала себе, что не повторю свою детскую историю, в жизни моих детей.
Было сложно... они росли, каждый проявляя свой характер, с которым надо было считаться. Стремилась понять их, хотелось знать о них больше... и все равно время убегало быстрее, чем хотелось, и проводить его с детьми удавалось редко. Жалею ли об этом? Да. Очень.
Я быстро поняла, что в силу выставленных мною же приоритетов, чувство материнства осталось нереализованным. И уже потом, совсем во взрослом возрасте, разбирая свои тараканы, мне удалось увидеть, как и когда были сформированы мои приоритеты. Оказалось, что в них жили и родительские ценности, и общественные устои, и мои амбиции. Цена такой моей неразборчивости - утраченное время общения и близости с детьми, нереализованные материнские чувства.
После того случая, я изменила себя... изменилась к детям.... но все равно и сейчас они вспоминают моменты несправедливости к ним, которые я даже не все могу вспомнить.
И каждый раз, мне больно слышать их такие воспоминания, и я стараюсь не показывать виду, потому что им тоже больно это вспоминать, а эта боль должна выйти наружу, что бы не жить в них. Потому что любая обида и боль ищет выход, и проще всего ей выйти на своих же детей.
И проговаривая свои обиды, и не получая какого-либо сопротивления, они освобождаются от нее и я, надеюсь, они становятся добрее к своим детям. И это тоже меня радует.
И это чистая и светлая радость, которая не сопровождается грустью.
Я знаю, как это много - не тащить за собой хвост детских обид.
Комментариев нет :
Отправить комментарий